Хранители памяти

Дело Аршалуйс Ханжиян продолжает ее племянница. В 1997 году ЮНЕСКО признало бабушку “Женщиной года”

История жизни Аршалуйс Ханжиян превратилась в легенду. А делом всей ее жизни стала забота об останках сотен павших здесь солдат.

В годы Великой Отечественной войны неподалеку от урочища реки Поднависла, что под Горячим Ключом, шли ожесточенные бои. И девочка Аршалуйс, младшая в многодетной семье, жившей в тех местах, помогала врачам и санитарам выхаживать раненых.

Эвакуировать раненных бойцов было невозможно, лекарств не хватало, поэтому многие погибали. Солдат хоронили здесь же – в братских могилах, в которых лежат останки почти двух тысяч советских воинов. Когда же наши войска сломили сопротивление немцев и пошли дальше, Аршалуйс Ханжиян осталась в Поднависле, чтобы хранить память о погибших навсегда.

По тетиным стопам

Всю свою жизнь Аршалуйс ухаживала за могилами, не поддаваясь на уговоры родственников уехать в город. А в девяностые ей и самой пришлось брать в руки оружие – на месте захоронения дельцы задумали построить коттеджи, но Аршалуйс с ружьем в руках вышла против бульдозера. И не только спасла память солдат, но и привлекла внимание к захоронению.

В 1997 году ЮНЕСКО признало бабушку Аршалуйс «Женщиной года», а через несколько месяцев она ушла из жизни. Но братские могилы не остались без хранительницы – с тех пор за мемориалом следит племянница Аршалуйс Галина Ханжиян. Она признается, что не думала стать продолжательницей дела родной тети, но судьба распорядилась иначе.

a-1

«Я видела, что тетка моя живет без света, без удобств, а я училась хорошо, хотела работать головой, а не руками, – вспоминает Галина. – Но потом началась перестройка, все стало валиться. Позже, в 1995 году, Аршалуйс ослепла на второй глаз. Я ездила в Поднавислу с детьми, помогала ей, но нужно было, чтобы кто-то постоянно смотрел за тетей».

Так как у всех родственников были семьи, а Галина к тому времени разошлась с мужем, то именно ей пришлось уволиться с работы и вместе с двумя детьми переехать к тете Аршалуйс.

«Я думала, как вылечим Аршалуйс, так сразу и вернусь на работу, – продолжает Галина. – Но как только вылечили глаза, у Аршалуйс обнаружили рак легких. Тогда я поняла, что возврата не будет. Аршалуйс мне тогда сказала: «Ты должна взять обратно отцовскую фамилию – Ханжиян. И будешь смотреть за могилами – не отдашь, не продашь, не подаришь никому». Она с меня взяла слово, а у нас принято в семье, если старший сказал, значит, это закон, выполняешь беспрекословно».

Так предназначение Аршалуйс Ханжиян стало делом жизни ее племянницы Галины. И теперь она не представляет себе, чем бы занималась без этого места: в Горячий Ключ приезжают родственники погибших солдат и сразу едут в Поднавислу. Недавно приезжал сын похороненного здесь красноармейца Тимофея Рогача, показывал похоронку, фотографию. Седьмого октября его матери пришло письмо от отца с пророческими словами: «Я знаю, мы все здесь погибнем». А через несколько дней – и сама похоронка. Прошло 60 лет, сын узнал место, собрался, взял землю с могилы матери и привез сюда, высыпал туда, где похоронены 160 человек, в том числе и его отец.

Вещие сны

«У каждого человека своя судьба, – уверена Галина. – Аршалуйс говорила: «Вот родился человек, и во лбу у него горит звезда – его предназначение». По-армянски, конечно, немного по-другому это звучит».

У Аршалуйс тоже свое предназначение. Еще в тридцатые годы она заболела: упала с моста, ударилась спиной, простыла. У нас выращивали табак и возили его на волах в Горячий Ключ. И однажды на обратном пути речка поднялась, вода понесла подводу, возничий выпрыгнул, а Аршалуйс сказал, мол, держи за хвост волов, они тебя вытянут. Они выплыли, а неподалеку жили молдоване, которые дали ей какую-то холстину, отогрели. Тетя простыла и семь лет после этого болела. А в те три дня, что Аршалуйс лежала без сознания и все думали, что она умрет, ей приснился сон.

«Будто иду по тоннелю, а впереди свет. Выхожу, а там «санаторий», – рассказывала она. – Там все зеленое, красивое, люди ходят, дома большие. И ворота, на которых стоит старец с белыми волосами и окладистой бородой».

«Дочка, куда идешь?» – спрашивает он.

«Мне туда надо, к людям», – показывает Аршалуйс на «санаторий».

«Нет, дочка, туда тебе еще рано, ты свое предназначение еще не исполнила, ты нужна людям».

По словам Галины Ханжиян, бабушка Аршалуйс часто видела вещие сны. В национальных армянских сказках так: если кому-то снится звезда, значит, он станет падишахом или воеводой. И вот за десять лет до того, как Аршалуйс присвоили звание «Женщины года», ей приснился очередной вещий сон.

«Снится мне гора, – рассказывала она племяннице. – Я как будто не иду по лесу, а парю. Взлетела над горой и смотрю на все вокруг – там море, там речка, города, машины, все слышу и все вижу. И вдруг сверху на одно плечо звезда упала и на другое. К чему такой сон? Падишахом быть не могу, генералом не могу. Но когда в 1997 году она стала женщиной года России и почетным гражданином Горячего Ключа, сказала мне: «Вот и сон исполнился».

По законам доброты

Почему Аршалуйс Ханжиян поступала именно так, а не иначе. Ведь она в годы войны была совсем еще девочкой. Могла бы после победы выйти замуж, завести детей, которых у Аршалуйс никогда не было. Но хоть своих она так и не родила, зато перенянчила всех сыновей и дочерей своих многочисленных братьев и сестер.

«Аршалуйс была очень доброй, – вспоминает Галина. – Надо иметь большое сердце, чтобы любить людей. Она мне говорила: «Надо уметь прощать, не надо хранить зло». У нас в семье так принято: мы спорим, ссоримся, но тут же разговариваем, никогда не мстим, не затаиваем обиду. Ханжияны такие – кричим-кричим, а потом разворачиваемся и спокойно общаемся. У нас это семейное. Все очень добрые. Я всегда говорю: «Я людям помогу, мне в сто раз больше помогут». Мы живем по лесным обычаям – в лесу нужно помогать. Это закон – сегодня ты мне поможешь, завтра я тебе. Даже если не я, то кто-то другой. Нельзя в лесу отворачиваться, если машина поломалась, нужно обязательно остановиться, потому что больше никого на километры вокруг нет. А я там живу одна, у меня всегда двери открыты, кухня открыта, там всегда есть еда, крупы, масло растительное, мука. Люди знают, что у меня двери открыты, знают, где дрова взять. Сколько было случаев – прихожу, а у меня печка теплая. Люди были, покушали, убрали за собой. Я даже не знаю, кто это был. Я кого-то накормила, кто-то мне что-нибудь принес. Мы живем по таким законам, стараемся делать добро».

А люди отвечают Галине Ханжиян тем же – женщине тяжело одной следить за мемориалом, но ей помогает и семья, часто приезжают целые делегации на субботники. И всем им Галина очень благодарна.

К тому же, по воспоминаниям родственников, Аршалуйс Ханжиян была настоящей патриоткой. Семья переехала в Россию после геноцида армян в Турции – в память о столетии этого события на поляне в этом году даже установили крест. А отец Аршалуйс, дедушка Галины Ханжиян, всегда говорил: «Россия нас приняла, теперь это наш дом и мы должны быть ему благодарны».

«Дедушка дал наказ всей семье: раз мы здесь живем, наши дети, внуки, то должны эту землю охранять, – говорит Галина. – У меня два дяди ушли на фронт и не вернулись, другие родственники погибли на войне. Другое время было, и люди были более ответственными. Тогда все были патриотами – в советское время это было нормой».

В скором времени в Горячем Ключе должен появиться памятник Аршалуйс Ханжиян – сам монумент практически готов, осталось лишь уладить бюрократические формальности. Остается только один вопрос: Галина сменила на посту памяти Аршалуйс, а готов ли кто-то в случае чего заменить ее саму?

«Лет на 20 – 30 меня еще точно хватит, – не переживает по этому поводу Галина Ханжиян. – Ведь и у меня с Аршалуйс разница в возрасте 50 лет была, а мне сейчас 52. Потом точно кто-то найдется – ведь это место нельзя так оставит».

You may also like...